Всегда задевал меня постоянный отечественный парадокс содружества «дураков и дорог», в котором состояние вторых очевидное любому следствие избытка первых.

В краю «непуганых идиотов» и «вечнозеленых помидоров» - изменения. Проблема пуганности решена коллективом усатых и безусых тиранов самодуров, включая последнего здравствующего царя города Глупова. Воля к реформе и социальная ответственность пары-тройки визионеров лет 18 назад решила проблему помидорного цвета. Есть они теперь, красенькие в магазинах-то... Но! Дураки остались на своих местах. В том же концентрированном количестве, рассосавшись по усложнившися сферам жизни и изощренным профессиям.

Когда делаешь что-то в кино, хотя бы и фестиваль кино — работаешь для зрителей. Шарунас Бартас вчера на своем мастер-классе (впервые в России проводящемся) сказал четко: «Я работаю не для себя». Просто основываясь на том, что кино, которое видишь, посещая в среднем один мировой кинофестиваль в месяц, мог бы и хотел бы увидеть КТО-ТО в этом огромном городе со злой энергетикой и неприветливыми людьми. Потому что на всякую неприветливую физиономию, конечно можно с радостью при желании отыскать живое улыбающее лицо. А на каждого не интересующегося искуством кино и кинематографом переживания, озабоченным личными проблемами в работе и отдыхе, москвичом и гостем столицы, найдется ищущий, взыскующий, интересующийся, открытый Зритель. Для него и стараешься. Треть гонорара за работу программным директором отдаешь на улучшение качества фестиваля и повышение вероятности его проведения, как он мне представлялся.

Зритель в агрессивно-подавляющей массе своей в Москве нелюбопытный, любит разжеванное и известное. Новое искать ему не с руки, нету мотивировок, все, очевидно, о жизни знает. Да и знаком я с московским зрителем отлично — 13 лет кинопрокатом для него занимаюсь. Но не для подавляющей же массы работаю. Для тех, кто жив еще и не ввинтился составляющим тупого и безжалостного механизма суеты и пахоты, пахоты и пятнично-субботнего отрывного загула. Для трогательных и трепетных, для индивидуальных и отдельных, для развивающихся и вопрошающих...

Но есть между мной и зрителем профессиональный посредник, проводник и стимулятор, популяризатор и информатор, куратор и модератор — кинокритик. Именно он сообщает и печатает, обсуждает и берет интервью, интересуется от от собственного интереса и знания отталкиваясь, и узнает для передачи эстафеты читателю и потенциальному зрителю. Казалось бы, делаешь это — критику — значит кино тебе близко и необходимо как материал, да и профессиональна ответственность стимулировать должна.

Но не тут-то было. Идеальное представление о профессии описал. Многого требую, гамбургский счет предъявляю. Недостаточно этого для работы московского критика — большой фестиваль в большом столичном городе. То ли шесть залов, где он идет - мало. То ли 45 фильмов показанных - недостаточно. То ли живые кинематографисты, приехавшие из городов и весей, разбросанных по глобусу - не того кинематографического качества. То ли рожа и руки программного директора недостаточно чисты. В общем, что-то мешало простому и профессиональному восприятию Великого Кинемо даже и при простейшем, без сегрегации регламенте аккредитации.

Кино — не суть. Оболочка важнее. Раздвоенность фестивалей после смерти Ивана Дыховичного — вдохновителя и создателя — материал гораздо более интересный и интригующий, чем собственно фильмы — картины, в которых вложен труд и талант, желание поделиться и высказаться. Вот обозреватель еженедельного журнала «Итоги», уважаемая Ирина Любарская (вдвойне коллега — отборщик короткометражной программы «Кинотавра») с присущей ей стилистической легкостью реагирует на 4,5-дневный фестиваль арт-кино, помогая зрителю сориентироваться в фильмах и персоналиях : [“Увы, прокат арт-кино в России можно считать проваленным. Особенно не в чести у нас именно так называемый радикализм, который все больше уходит в очень маргинальные темы и жанры. Скажем, на завершившемся «2morrow» были показаны гей-трэш-хоррор «Лос-Анджелесский зомби» Брюса ЛяБрюса и пропитанные подростковым самолюбованием «Воображаемые любови» Ксавье Долана. Поэтому более грамотной, человечной и ответственной выглядит все-таки программа «2 в 1»]. Это, собственно, все, что захотелось ей выдавить о фестивале для читательского взыскующего исследования. Предположим, видела она все или многие картины и не нашла в своем сердце отзвука, не поднялось профессиональное перо для адресных заметок зрителю. Ан нет. Не особо удается ей профессиональный интерес реализовывать, передвигаясь по миру. Пропусков бесчисленное количество. Актуальная картина мирового кинематографа вряд-ли складывается адекватно. Очень радикальным потому и без просмотра кажется простодушное и искренне творчества юнца-режиссера Ксавье Долана. И неясным появление в соответственной ночной программе “Турбулентность» неизвестного ей ни с какой стороны канадского режиса Брюса ЛаБрюса - «Лос-Анжелесский зомби». Радикально для зрителя! А она просто и смотреть не будет.

Ли Хунци, получивший «Золотого леопарда» в Локарно в этом году, режиссер из Сан-Франциско Ярослав Добронравов, классик кинематографа на все времена Отар Иосселиани, волшебный актер Родриго Велес, главный эстонский режиссерский феномен, выдвинутый со своей картиной на «Оскар» от Эстонии в этом году - Вейко Ыынпуу с нашей соотечественницей Равшаной Курковой, сыгравшей в «Искушении Святого Тыну» одну из главных ролей; выдающийся режиссер Шарунас Бартас, контркультурный романтик Саша Шапиро из Киева и т.д. - все эти живые и присутствующие в Москве люди (я даже не упоминаю ВСЕХ, и не говорю о членах высокого жюри) — не взволновали кинокритическое сердце Ирины Любарской.

заинтересованное в кинематографе лицо Ирины Любарской

Вот уважаемый обозреватель «Известий» Лариса Юсипова вторит: [“У фестиваля возник новый отборщик, отличающийся куда более радикальными вкусами, Антон Мазуров”. И это ВСЕ, что ее заинтересовало в ЭТОМ фестивале, в ЭТИХ фильмах и в ЭТИХ людях. И это все, что получил читатель огромный газеты в качестве информации и уважения. Вот еще один уважаемый московский кинокритик взволнованно отметил “Твиттере» свою коммуникацию с фестивалем «2morrow”: [“Трижды за два дня звонили с "2morrow" и спрашивали, приду ли на пресс-брифинг Иоселиани. Три раза подряд пришлось говорить, что не приду”]. Глубоко копнул в кинематографе! Перекушал. Очевидно, обижает критику фестиваль «2morrow”. Мало того, что проводится, фильмы показывает, зрителей ждет, кинематографистов привозит. Не нужно этого! Не хотят этого! Не ТОТ фестиваль.

вдумчивый взгляд Ларисы Юсиповой

Конечно, только печальную арлекинскую улыбку это может вызывать. Провалили, суки, прокат арт-кино в России. Тут же просим повторить фразу, подносим зеркало. Репетируем, отрабытываем... ВОТ! Теперь получилось. Драмат'ико! Все свободны, фестиваль закрыт! Спасибо за профессиональное сотрудничество, друзья и коллеги.

печальная пресыщенность Станислава Никулина

Но не только такими заиндивевшими высокими профи, но и недопечеными кинокритическими юнцами полны СМИ и сеть. Cидят и в залах, интересуются, разговаривают, пишут, комментируют, меняются мнениями, радуются, ходят на круглые столы и мастер-классы, ведут дневник фестиваля, узнают и потрясаются — развиваются и дышат полной грудью. Живые глаза и живые реакции, не зашоренные корпоративно-тусовочной суетой и самодовольным любованием.

Им и адресуемся, с прагматической целью — дороги улучшить.